Биографические издания о жизни и творческом пути поэта Владимира Высоцкого и писателя Михаила Булгакова включены в перечень литературы, подлежащей обязательной маркировке в рамках закона о запрете «пропаганды наркотиков».
Сведения об этом содержатся в списке, опубликованном Российским книжным союзом. В него вносятся книги, в которых присутствуют упоминания наркотических веществ и которые, согласно закону, должны выходить со специальной маркировкой.
В частности, маркировка будет применяться к книге «Высоцкий: Мне есть чем оправдаться перед ним» Владимира Новикова, а также к трем изданиям о Булгакове: «Михаил Булгаков (серия „Жизнь замечательных людей“, пятое издание)» Алексея Варламова, «Булгаков. Мои воспоминания» Любови Белозерской и «По следам Мастера и Маргариты. Маршруты от гида музея „Булгаковский дом“» Екатерины Горпинко.
Ранее в перечень уже включили произведения Виктора Пелевина, Сергея Лукьяненко, Стивена Кинга, Чака Паланика, Харуки Мураками, а также переводы классики, выпущенные после 1 августа 1990 года. Среди таких книг — романы «Гэм» Эриха Марии Ремарка и «К востоку от Эдема» Джона Стейнбека.
В списке значится и несколько других биографий из серии ЖЗЛ: «Венедикт Ерофеев: Человек нездешний» Александра Сенкевича, «Валерий Брюсов. Будь мрамором» Василия Молодякова и «Вера Холодная. Осколки мифов» Евгении Климовой.
С 1 марта 2026 года в России действуют поправки к закону о запрете пропаганды наркотиков. Они запрещают упоминания наркотиков в СМИ, литературе, музыкальных произведениях и кино без специальной маркировки. Такие обозначения должны сопровождать все произведения, выпущенные в России после 1 августа 1990 года.
Для помощи издательствам создано программное обеспечение на базе технологий искусственного интеллекта, которое автоматически проверяет тексты на соответствие требованиям закона. Издатели сообщали, что алгоритм, в частности, ошибочно трактовал фамилию писателя Дениса Драгунского как «пропаганду наркотиков», сопоставляя её с английским словом drug («лекарство» или «наркотик»).
Представители книжной отрасли также рассказывали, что часть авторов не согласна вносить правки в свои тексты в соответствии с новыми цензурными требованиями.
