Экстренная помощь людям в опасности и закрытые встречи для участников сообществ — так сегодня работают ЛГБТК+ инициативы, которые не прекратили деятельность в России. Многие команды перешли в онлайн или переместились за границу, но продолжили помогать юридически, медицински и социально.
«Чем сильнее было давление, тем больше мы уделяли внимания движению»
Одна из медиаплатформ сообщества начиналась как просветительский проект и со временем стала крупным ресурсом для ЛГБТК+ аудитории: публикации о правах, здоровье и жизни сообщества менялись вместе с политической обстановкой. После усиления давления и блокировок проект был вынужден получать статус иноагента и в итоге работать вне страны. Команда отмечает, что сохранение видимости и доступности информации важно для безопасности и поддержки людей.
80% трансгендерных людей в России хотят уехать
Организация, выраставшая из терапевтических групп для транс‑людей, со временем стала точкой помощи: встречи, консультации, шелтер, консультации по медицинскому сопровождению и эмиграции. После политических изменений и запретов на транс‑переходы работа стала опаснее — часть сотрудников вывезли за границу, шелтер пришлось закрыть, а большая доля подопечных рассматривает эмиграцию как единственный способ жить безопасно.
Команда продолжает принимать кризисные обращения онлайн, консультировать по медицинским и правовым вопросам и помогать тем, кто готовится уехать.
Московский комьюнити‑центр перешёл в подполье
Комьюнити‑центр, создававшийся как безопасное публичное пространство для встреч и культурных событий, в последние годы вынужден был скрывать локации и работать в формате «кочующих» мероприятий. Квир‑фестиваль продолжает проводиться в закрытом формате, а команда уделяет приоритетное внимание экстренной помощи: эвакуации, шелтерам и поддержке тех, к кому пришли с проверками.
Организация отмечает, что ресурсов на помощь всем нет, поэтому поддержка выстраивается по приоритетам и через заявки от нуждающихся.
Репрессии за саму идентичность и архивы дискриминации
Юридический ресурс сообщества собирал свидетельства дискриминации в разных сферах — от медицины до образования и правоохранительных органов. После получения статуса иноагента и последующей экстремизации многие сотрудники уехали, а работа полностью перешла в онлайн: выстроены анонимные системы хранения данных и безопасные волонтерские практики.
Исследования показывают, что к 2025 году преследования и дискриминация коснулись людей не только за публичные высказывания, но и за личные фотографии, блоги о совместной жизни или домашние встречи. Это означает, что правозащитная и поддерживающая работа остаётся крайне востребованной.
Несмотря на опасности и ограничения, активисты и организации продолжают оказывать медицинскую, юридическую и психологическую помощь, адаптируя форматы работы под новую реальность и фокусируясь на безопасности благополучателей.
